• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:42 

Майкл Каннингем "Дом на краю света"

Шпенглер & Инститорис
Меня искренне удивляют люди, читающие книги только потому, что они "про геев". О, новое про геев - надо прочитать. И после этого они хотят, чтобы народ спокойно относился к секс-меньшинствам? Когда сами же и раздувают этот ажиотаж.
Я двумя руками готова подписаться под словами Набокова: секс как то, секс как се - в большинстве случаев не интересен. Давайте не будем о сексе. Точно также тема гомосексуальной любви per se не интересна совершенна; ну геи, ну и что. Права геев, адаптация геев в обществе, геи и детство и материнство, геи и отношения с женщинами. *подавляет зевоту*. Я вот, например, искренне возмущена, что мои права как шатенки никак не защищаются. В нашем косном, зашоренном обществе нет ни одной организации, поддерживающей шатенок, нет ни фильмов для шатенок, ни нормальной литературы специально про шатенок - ничего. Так что геям еще очень неплохо живется на этом свете.

Это в качестве преамбулы о наболевшем. Теперь к книге. Сюжет прост и незатейлив: два совершенно обычных подростка встретились в ранней юности, осознали, что они геи, с переменным успехом жили вместе. Вот, собственно, и все. Если бы герои были гетеросексуальны, совершенно уверена, что книжку даже не стали бы издавать. Потому что в остальном сюжет совершенно ничем не замечателен. Да, секс, наркотики и рок-музыка.
Вот, кстати, о музыке. Знаете, что меня больше все раздражает в современных американских и японских писателях? Их любовь к музыкальным реалиям. Что ни герой - то сплошь сумасшедший меломан, без конца повторяются названия групп и песен, которые 99% читателей не говорят совершенно ничего. А если даже и говорят, оказывается, что это ничем не примечательная проходная песенка, которая может быть близка и интересна только тем, для кого она ассоциируется с чем-то личным. И многократные повторения чего-то непонятного и неинтересного читателям - по-моему, некоторый моветон со стороны автора. У нас по этому пути пошел Лукьяненко, что отнюдь не делает ему чести.

Другое дело, что Дом, к счастью, вовсе не о геях. Жаль, что автору довольно смутно удалось передать основной посыл, и с мастерами-психологами ему явно не сравниться. Но все-таки идея прослеживается, она сквозит в каждой строчке все четче. Простая, в общем-то, мысль, но довольно важная, имхо: что наша жизнь - это то, что происходит прямо сейчас. Не будет никакого второго шанса, не будет возможости все исправить. И отложить ничего нельзя, потому что время уходит, и река утекла за поворот.
Выбор героев в этом плане вполне оправдан: первоначально они кажутся какими-то особенными, интересными, отчасти за счет ориентации, отчасти за счет биографии. Немного не вписываются в стандартные рамки. Но по прочтении убеждаешься: они совершенно обычные. Просто люди. И тот факт, что их судьба складывается немного не так, как у большинства, еще не делает их жизнь более осмысленной и настоящей. По сути, они также бездарно тратят свое драгоценное время и душевные силы.

цитата
Ох, как же это верно. Оглядываясь на свою жизнь, я понимаю, что, в общем, не далеко ушла.
Другое дело, что Каннингем не находит никакого выхода, никакого решения. Ничего не предлагает взамен своего слегка занудного пессимизма. Да, жизнь проходит. Но надо помнить, что разруха, как всегда, в головах. И отношение к событиям собственной жизни можно менять некоторым (значительным, правда) усилием воли.

@темы: каннингем

23:36 

Януш Вишневский "Одиночество в сети"

Шпенглер & Инститорис
Книга одновременно очень плохая и очень хорошая.
Книга невероятно сильная.
Сейчас объясню почему.
Это обычная история любви. По большому счету, 99 % историй любви обычны. То, что происходило со мной и с вами, тоже вполне под этот критерий попадает. Неслучившиеся истории любви - тем паче, все на один лад. Почему-то любовь, которая могла бы быть прекрасной и чистой, но более ли менее трагически оборвалась, воодушевляет куда больше, чем то, что сбылось по полной программе. Не было, не было в розовых фантазиях ни ночных бдений с капризным ребенком, ни планирования ремонта, ни ужинов с противными родственниками с той стороны. А трагизма, как всегда, хоть отбавляй. Собственно, это основной критерий хорошей и плохой истории одновременно.
Еще к плохому - манера писать. Автор безжалостно играет на нервах, эксплуатирует темы, которые неизменно волнуют всех и каждого. Как больно хоронить любимых. Как тяжело жить с физическими недостатками. Как фашисты травили евреев, а коммунисты - всех остальных. Тема мастурбации тоже не забыта. Наркотики и секс присутствуют в необходимом количестве. Сумасшедшие старики и смертельно больные дети тоже. Про тему интернета хочется помолчать. Забыты только голодающие в Африке дети, но тогда это был бы уже не роман, а фарс.
Причем автор очень забавно перескакивает с одной темы на другую. Постоянно встречаются флешбэки в трагическую (непременно) биографию лирического героя. Сегодня мы в промозглой коммунистической Польше, а через абзац - герой уже ширяется наркотиками в солнечной Америке. Везде, впрочем, оставаясь в меру романтическим и трагическим.

Почему плохо, я могу рассказывать долго и нудно, ссылаясь на классиков и падонков. Почему хорошо - определить довольно сложно. Во-1, все вышеописанное - описано просто потрясающе. История смертельно больного ребенка пробирает. История с наркотиками и сексом тоже. Автор - потрясающий игрок на чувствах читателя, он умудрился не сфальшивить ни на одной из столь сложных тем, и везде попадает точно по больному. Мы все это проходили, слышали по радио, где-то уже читали. Возможно, эффект достигается именно за счет концентрации, за счет этого постоянного перескакивания. Все время ощущаешь напряжение, одновременно хочется узнать, что же дальше, и страшно, что же там может быть. Все страхи оправдываются, все по-честному)) Я много раз в метро закрывала книжку и собиралась с духом, прежде чем взяться за очередную маленькую историю, из которых и состоит роман. Очень долго заставляла себя прочитать концовку.
Заставила. Роман потрясающий. Не для легкого чтения, но если вы хотите читать украдкой на работе во время важных совещаний и уезжать в метро в ебеня, пропустив свою остановку - вперед.

@темы: вишневский

00:12 

Линн Флевелинг "Близнец тряпичной куклы"

Шпенглер & Инститорис
На свете достаточно много книжек, которых вполне могло бы и не быть, - это одна из таких. Она совершенно *не колышет воздух*. Ее можно читать в метро, можно в поезде - а лучше всего на необитаемом острове или в одиночной камере. Возможно, там и будет шанс ей проникнуться.
В нормальном состоянии жалеешь о потраченном времени и все.
Дурацкая фэнтези без нормальной проработки волшебного мира и самого волшебства (что всегда самое интересное). Сюжет: в некоем тридевятом королевсте сто лет назад кто-то напророчил, что на троне должна сидеть баба, а не то придет зверь пицзеци и всех зохавает. И вот очередной самец-узурпатор захватывает трон, само собой, идя по трупам, а единственную типа-законную-наследницу при рождении скрывают с помощью магии. Проще говоря, заставляют девочку казаться мальчиком и ничего ей не говорят. Девочка растет себе растет, и не подозревая, какой ахтунг ждет ее в итоге. Заводит друга, катается на пони, слегка пророчествует и ясновидит. И так 500 страниц. Ахтунг происходит, когда у девочки начинаются лет в 12 первые, пардон, месячные. Кровь честно идет, а вот откуда? Все эти описания метаний и тд. - безумно смешно, друзья мои. Еще более смешно - описания кошмарной боли, от которой ребенок падает в обморок, лежит в лежку несколько дней и все такое. Учитывая, что автор вроде как женщина - это несколько странно даже. Ну да ладно.
Вот на этом, собственно, роман и заканчиваются. Господа доброхоты, в свое время сотворившие с ребенком такое злодейство только потому, что кому-то когда-то привиделось, что она станет кем-то великим, вынуждены ей все рассказать. Бог с ними, с месячными, но мне страшно представить, что происходит с детской психикой. Когда сумасшедшие мамаши наряжают мальчиков в платья, такие мальчики потом вырастают маньяками - ну, все смотрели телевизор и читали газету Спид-Инфо. Так что о дальнейшей судьбе такой девочки даже задумываться боязно.
Собственно, роман этим и заканчивается. Единственное ощущение, которое остается - разочарование. Поманили конфеткой, историей великой царицы-воительницы - и где? Закончили на 12-летнем ребенке, у которого и раньше-то с головой было не очень...
Вполне вероятно, что у этого есть многочисленные сиквелы, но если движутся с тем же занудством и той же скоростью - я сдаюсь. Сдалась уже странице на 100, поняв, что ничего хорошего тут ждать нечего, конечно. В том, что дочитала в итоге - исключительно заслуга "Авроры", а никак не автора.

@темы: флевелинг

09:56 

Харуки Мураками "Призраки Лексингтона"

Шпенглер & Инститорис
Это маленький сборник маленьких рассказов. Такой, знаете, маленькой книжечкой в твердом переплете, с качественной толстой бумагой. Приятно подержать в руках. В метро хватает аккурат на туда и обратно.
Не то чтобы я любила Хураками - ни разу. Я просто люблю читать, а так исторически сложилось, что у меня в доме его есть.
Мураками я скорее не люблю - потому, что он много обещает и ничего не делает в итоге. Половина книг обрывается как на середине (помните, была такая книжка про девушку, которая влюбилась в старшую подругу и внезапно исчезла?), половина просто заканчивается какой-то ерундой (про овец) либо вообще ничем (про этот самый... пейнтбол?). Самое прекрасное у него - это забавные казусы, которые автор придумывает весьма изобретательно и довольно ловко вписывает в быт, который за счет этого становится немного волшебным. Совсем чуть-чуть. Другое дело, что в большинстве за всем этим не оказывается никакого смысла, никакой глубины. Просто казус. А на роман этого всегда слишком мало.

Пожалуй, единственная законченная вещь, которуя я читала у Хураками, законченная с точки зрения сюжета, архитектоники, завязывания сюжетных линий - это "Конец света". Единственное, что могу рекомендовать, пожалуй.

Но вернемся к рассказам - зачем была вся эта прелюдия про казусы. Рассказы как раз - более подходящий для Хураками жанр. Короткий рассказ не требует глубокой морали, проработки персонажей. Рассказ, целиком состоящий из одного такого житейского казуса - прекрасный пример идеального сочетания формы и содержания. Они забавные и, в целом, вполне интересные. Не успеваешь устать, ничего особенного не ждешь. Скорее По, чем Даль, конечно. Казусы с оттенком урбанистической скуки. Пожалуй, мне понравилось.

Интересно, у Хураками есть еще сборники вот таких маленьких рассказов, или остались только романы?

@темы: хураками

22:24 

Полумрак "Книга Натаниэля"

Шпенглер & Инститорис
В принципе, я против подобных стебных изысков на библейские темы. Особенно современных. Поражает в первую очередь короткая память тех, кто восхищается подобными креатифами и считает их чем-то новым и необычным. Как будто у нас не было 70 лет научного атеизма и религия - опиум для народа.

Тем более, что на моей памяти встречались и гораздо более удачные примеры стеба на библейские темы. Я имею в виду Лео Таксиля, много издаваемого в совке, и его прекрасное "Забавное Евангелие" в частости. Вот за этот труд низкий поклон хотя бы потому, что человек перелопатил туеву хучу тематической литературы, и фактаж знает просто блестяще. Совершенно уверена, что знания всех старушек в какой-нибудь церкви с ним не сравнятся. Да и юмор его представляется мне более адекватен.

Полумрак был бы очень неплох per se. Но незнание бояна не освобождает от ответственности. И вообще после совка это тема, на которую хочется немного помолчать.

Про саму книжку - она очень легкая. Состоит из маленьких главок, буквально на полстраницы, по эпизодам, причем не подряд. В основном стеб на тему Бытия. Читается очень легко, моск не задевает совершенно. Местами встречаются блестящие образчики юмора, на долгий ржач и цитирование. Мне жутко понравилось, например: "Вы стыдливо молчите об этом, как о чем-то неестественном. Мы - не считаем нужным обсуждать то, что настолько естественно и очевидно" (это Иосиф говорит фараону). Местами, правда, юмор своеобразный и, видимо, доступен только пчам Полумрака. Тех и тех мест примерно поровну.

В целом - книшка забавная, и для очередей в налоговую подходит вполне. Но далеко не лучшее из написанного на тему.

@темы: полумрак

22:47 

Георгий Данелия "Тостуемый пьет до дна"

Шпенглер & Инститорис
Книга в целом очень хорошая, думаю. Замечательная, милая, легкая и, наверное, очень интересная. Не было скучно, в общем, даже мне. Но все равно осталось несколько неприятное ощущение.
Объясню почему. Георгий Данелия - довольно известный кинорежиссер, который снимал в позднем совке и в перестроечное время. "Мимино" и "Кин-дза-дза" - это его фильмы. И не только это. Книга, по сути - это сборник воспоминаний, маленьких рабочих историй. Моменты, которые остались за кадром, тяжкая жизнь работников интеллектуального фронта под гнетом идеологической цензуры. Кто где и с кем бухал. Короче, заметки в своем роде совершенно прекрасные.

Странное, неловкое впечатление в данном случае осталось не потому, что это плохая книга, а потому что я - плохой читатель. Причем не просто плохой, а совершенно безнадежный. Я не смотрела ни одного фильма, который упоминался в книге, в том числе описанную выше классику. Из упоминаемых актеров я более ли менее могу соотнести с внешностью и ролями только Леонова. Так что временами у меня возникало впечатление, что я будто читаю книгу на незнакомом языке наоборот - все слова по отдельности понятны, а о чем идет речь в целом - тайна, покрытая мраком. Все же смутно подозреваю, что книжка писалась не для таких, как я, а для уже старых поклонников Данелии.

Но в остальном - текст совершенно захватывающий, причем магически. Открываешь в метро и совершенно перестаешь ощущать время и слышать объявляемые станции. Притом, что текст очень простой, написан прекрасным легким языком. Читаешь - и все. Я так и не поняла толком, за счет чего создается это выпадение из реальности - учитывая, что книга не требует особой концентрации, чтобы вчитывались... Видимо, за счет литературного таланта автора.

Опыт получился интересный. Только смотреть вот то старое кино меня по-прежнему не тянет.

@темы: данелия

13:43 

Георгий Владимов "Генерал и его армия"

Шпенглер & Инститорис
Книга однозначно must read. Причем именно потому, что этот роман никогда не войдет ни в один рекомендательные список глянцевого журнала, потому что в нем нет ничего про наши реалии, бандитов, наркотики и интернет, потому что он написан в классической форме и совершенно прекрасным языком.
Между прочим, это русский Букер 90-какого-то года и русский же Букер десятилетия. Неудивительно, что о нем никто не знает и не слышал.
Книга о второй мировой войне. Конкретно - описывающая судьбу одного из генералов КА - Кобрисова. Ну и по пути - военные и тыловые реалии.
Кажется, это тот случай, когда надо начать с рецензий и вообще общественного мнения по ее поводу. Потому что скандалы были совершенно невообразимые, и бедного автора закидывали такой грязью, что поначалу, не прочитав, я думала, что она окажется как минимум профашистской. Но вышло совсем не так, конечно.

Начну с меньшего: за что не преминул каждый критик упрекнуть Владимова - так это за образ Гудериана. Он мелькает в книге буквально одну главу, и, кажется, первоначально было больше, но потом автор вырезал все это, подчиняясь единой структуре. Кто не знает, Гудериан - это знаменитый немецкий генерал, командующий сначала второй танковой армией, а затем и фронтом, кажется. И вся вина автора состоит в том, что немецкий генерал изображен не полоумным садистом, которому бы только уничтожать нашу бедную родину и измываться над ее жителями. Немецкий генерал смеет болеть, смеет писать нежные письма жене, смеет искренне беспокоиться за своих замерзающих солдатах!
Мне кажется, именно в этом состоит глобальная ошибка всех суждений о войне - что не делили военных и безопасников. На самом деле, как я смутно подозреваю, и регулярные части немецкой армии не творили всех тех ужасов. Во-1, им было это не нужно: захватили населенный пункт и пошли дальше; во-2, у людей, которые продвигают линию фронта, как правило, есть определенные понятия о чести. А вот за ними уже шли те самые карательные отряды, которые натворили всего на целый Нюрнбергский процесс.

Но самое главное - что с советской стороны то же самое. И больше всего Владимова казнят за то, что он посмел про это заикнуться. Посмел вспомнить о том, что не с легким сердцем шли бойцы умирать за родину, а зачастую потому, что позади них стоял отряд Смершевцев (вспомнить тот же приказ "Ни шагу назад". А если вся военная наука требовала отойти, чтобы бессмысленно не тратить жизни, чтобы занять более выгодную позицию? Расстрел - и потом доказывай, что ты не предатель родины). Сколько бессмысленных жертв было принесено не перед фашистами, а перед своими как раз. В романе их - огромное количество: тут тебе и власовцы, и насильно раскулачиваемые крестьяне, и пленники, которым удалось сбежать обратно к своим (далеко не ушли, впрочем, - до первой стенки).
И от этой тупой, страшной и непонятной, страшной именно потому, что непонятной машины "госбезопасности", не укрыться было на самом верху. Тот, кого не могли поставить к стенке непосредственно, подвергался косвенным атакам: запугивали приближенных, заставляли доносить, не давали воевать. Не избег этого и наш генерал.
Ни до, ни после, ни во время войны. Потому что еще весной 41 был арестован, и посидел в тюрьме, и чуть ли не был приговорен к Соловкам не пойми за что, в том числе и потому, что называл потенциальным врагом именно дружественную Германию, а не враждебную Японию. ("Спросят, кто написал "Мертвые души" - молчи. Гоголя не выдавай" - из тюремных разговоров). И через несколько дней после начала войны выпущен и возвращен на фронт.
Не избег и потом, уже в конце войны, когда возвращался почти триумфатором к своим войскам. Надо было "подвинуть" его, кому и зачем надо - непонятно. Но подвинули так, как даже немцы бы не поступили, потому что высшее командование противника все же уважали.

Очень знаковый эпизод практически в конце романа - разговор двух военных от артиллерии, звания я запамятовала. Разговор о том, что война хороша, потому что очищает мир от человеческой сволочи. Потому что в непосредственной близи от линии фронта сволочи нету, она сбежала в тыл. Зато всем, кто там есть своим, можно доверять.
Можно было бы согласиться со сказанным. Только вот не успевают они закончить разговор и допить водку, как приходит приказ. И самая страшная, самая тоскливая мораль романа оказывается, что нет, никуда человеческая сволочь не делась, и на линии фронта она, и за линией, а если даже в глубоком тылу - все равно даже оттуда может сломать тебе жизнь, и понять ничего так и не сможешь.

Сюжет романа нелинейный: он то забегает вперед, то возвращается назад, листает случайно личное дело генерала. Зато читается - не отрваться. Кстати, совершенно изумительный русский язык.

Я очень рекомендую эту книжку. Возможно, она проигрывает по увлекательности, и "неактуальна" (хотя, блин, по-моему, есть совершенно непреходящие темы). Но главное - ничего подобного сейчас не пишут, да и не факт, что писали раньше. Литературы такого качества и на эту тему.

ps beware, дорогие пчи, потому что сегодня, если успею, я заберу с Озона свои мемуары Гудериана

@темы: WWII, владимов

23:48 

Лора Белоиван "Маленькая хня"

Шпенглер & Инститорис
Я совершенно уверена, что все в интернете уже читали Лору. Зачастую не подозревая вовсе, что это Лора, а не "фольклорный юмор". Потому что сакраментальное "словом "хуйня" люди обозначают свое отношение к ситуации или предмету, которые субъективно не имеют большого значения, или смысла, или последствий" - это ее копирайт. И "ПИСТЕТС" тоже ее, из великих и прекрасных "Уроков русского языка".

Я понимаю, что после увертюры такого уровня вряд ли смогу написать достойную рецензию на книгу. Она прекрасна. Там много мата и много ржак. Ржаки безумно смешные, потому что про настоящих людей, а не бородатые анекдоты. Мат воспринимается совершенно естественно, потому что ему там самое место. Знаете, бывает такая категория высказываний - непошлый мат, без которого в жизни не обойтись, потому что бывают реалии, которые иначе и не опишешь.

А еще есть совершенно гениальная серия рассказов про пароходство. Романтика дальнего (или ближнего - я не различаю, если честно) плавания во всей ее красе. И прекрасный маленький роман про город Владивосток, в который немедленно хочется поехать с целью просто побродить.

На самом деле, все тексты - по своему очень трогательные, потому что, опять же повторюсь, про живых людей. Местами жутко смешные, местами слегка ностальгические. Но у Лоры безупречное чувство стиля - она никогда не перегибает. Знаете, это невероятный труд - писать о чем-то лично тебе невероятно дорогом, не сваливаясь при этом в пафос и патетику. Хотя, возможно, это вопрос искренности - потому что многие авторы, которые просто придумывают с целью выдавить из читателя слезу, наверянка считают, что для этой цели без пафоса не обойтись. А Лора шутит, и пошлит, и персонажи ее бухают, ругаются на погоду и гуляют собак. И все эти маленькие рассказики ни о чем серьезном - они совершенно прекрасные.

Описать эффект невозможно просто потому, что создается он по большей части посредством изумительного авторского стиля и действительно - действительно! прекрасного русского языка. Совсем-совсем по-другому прекрасного, чем у описанного ниже Владимова, конечно, но все равно.

Если вам грустно и страшно - читайте Лору. Лора очень хорошо идет между страшными книжками о войне. Лора очень хорошо идет вообще везде, кстати, и не хочется, чтобы она заканчивалась. Текст, по сути, бесконечен, и деление его на какие-то сюжеты и ходы - только условность. Это наша бесконечная жизнь - вопрос только в определенном *мастерстве* ее восприятия.

@темы: белоиван

23:36 

Эрих Мария Ремарк "На западном фронте без перемен"

Шпенглер & Инститорис
Книга о безликом человеке, среднестатистическом мальчике-солдате. Безликом, безликом, не спорьте, потому что все мелочи, детали его жизни еще больше усугубляют такое восприятие. Книга буквально вопиет: смотрите, что вы все с нами сделали!
Возможно, именно эта безликость, отсутствие не то чтобы биографии - отсутствие характера - и создают столь четкий эффект холодности и отстраненности. Есть с чем сравнивать - но смерть Пат я лично переживала гораздо, гораздо сильнее, чем все эти - отвратительно детальные - описания трупов, ранений, бесконечных мучений и смертей. И дело именно в ней, в отстранненности. Скорее всего, Ремарк сознательно добивался такого эффекта - с одной стороны, показать войну глазами непосредственного участника, а с другой - обезличить ее, выбрав участника именно такого. Герой замешан в самую гущу, но даже не пытается барахтаться, а плывет по течению кровавой реки мимо трупных берегов к последнему заполненному газом окопу.
Бесконечные описания трупов, в деталях, у кого что оторвано, и похороны товарищей, и насилие над пленными - все это воспринимается так же отстраненно, как читаешь статистические выкладки в учебнике. Знаешь, что оно - среднестатистическое, неизбежное для всех воюющих сторон. И поэтому не столь острое - именно потому, что все равно ничего не изменить.

Но есть один момент, который показался мне более важным и необычным. Это описание того состояния, в которое приходят солдаты (немецкие, ибо речь о них) - во время непосредственных атак. Состояния, в котором не задумываясь, можно не просто убить человека, а сделать это с большой жестокостью. Причем не получить иного удовлетворения, кроме как от хорошо проделанной работы. В книге очень четко противопоставляется тыловая расслабленность и гуманность - и подобные аффекты. Потому что иначе как аффективным попытки не просто пристрелить врага, а раскроить ему череп лопатой, не назовешь.
Не скажу, что оно и звериное, хотя этот термин, несомненно, сразу приходит на ум. Звери в нормальном состоянии вовсе не жестоки, и зря мучить жертву, в общем, тоже не станут. Дело даже не в том, чтобы мучить - я совершенно уверена, что когда лев гонится за антилопой, он четко понимает, зачем это делает и что потом будет ее жрать.
Солдаты в книге пытаются именно что абстрагироваться от любых размышлений, лишить себя способности думать, осознавать откружающий мир дольше, чем это необходимо в каждое конкретное мгновение. Потому что стоит задуматься - и рука с лопатой сама опускается. А если все будут рефлексировать, то вообще никакой войны не получится, и будет обидно.

Вот это действительно страшно осознавать. Если верить автору - а причин не верить я не вижу - получается жуткая вещь. Война делает из людей не просто зверей - много хуже, она лишает разума, лишает способсности ежечастно осмысливать свои действия, отдавать себе отчет в них, осознавать себя частью мировой истории, в конце концов, помнить, что было раньше, прогнозировать, что может быть, и распространять на себя, и проводить аналогии, и сравнивать, и вообще - думать.
(потому что это единственный защитный механизм, позволяющий сохранить свою личность в обстоятельствах, которые она не может принять. просто эту личность на время усыпить, посадить в шкаф и запереть дверь)

Интересно, встречался ли такой эффект в каких-нибудь других произведениях о войне? Я, пожалуй, навскидку не помню.

@темы: ремарк

15:44 

Екатерина Некрасова "Когда воротимся мы в Портленд"

Шпенглер & Инститорис
"Когда воротимся мы в Портленд". Я затрудняюсь, если честно, сказать, понравилось в итоге или нет. Скорее даже не так: местами было интересно. местами - нет.
Безумно интересно - прежде всего сама идея дыры во времени, другого мира. Признаюсь, я люблю фантастику именно потому, что в ней происходят необычные вещи - а не потому, что обычные люди из нашего мира вдруг ни с того ни с сего становятся в ней героями. В героев я не верю, а в магию, или природу, если угодно - все еще хочется.
Совершенно волшебное описание попадания туда и оттуда. А ведь действительно - меня как-то тоже лесные чащобки регулярно наводят на подобные мысли. Что вот сейчас, за поворотом...
И еще - необычайно интересный мир. Живой. Очень удачно показан именно глазами человека, который, во-1, к истории имеет отношение весьма по касательной, и во-2, попал в экстремальную ситуацию. Обрывочные, но по-своему четкие детали. Быт прекрасно описанный. Общее ощущение непонимания, тревоги, азарта и страха. По-моему, очень хорошо выписано тут - именно в плане чувств внезапно попавшего цивильного человека. Ну, более ли менее цивильного.
И на фоне всего этого прекрасного - совершенно неуместная и недостоверная любовная интрижка. Как было в каком-то баяне - "вы представляете, какие стандарты чистоты были в 16 веке?" А в 13? Особенно зимой, потому что, элементарно помывшись, рискуешь тут же подхватить пневмонию и сдохнуть. Представляете, как выглядели местные люди, которые несколько раз в год парились в бане, никогда не чистили зубы, не стирали толком одежду. Как и чем они болели? Теоретически они должны быть отвратнее наших бомжей.
И в героя, который внезапно влюбляется в местного кросафчега, я не верю ничуть. Все люди той эпохи в столь личном плане могли вызывать лишь стыдливое отвращение, а если и интерес - то исключительно научный. Не только по описанной выше причинам гигиенического толка.
В конце концов, объект любви можно постирать с доместосом. Теоретически, бог с ним. Но, как я твердо уверена, любовь не может возникнуть на пустом месте. Точнее, возникнуть, может, и да, а вот жить и развиваться - нет. И секса для любви совершенно недостаточно. А как можно полюбить человека, с которым невозможно поговорить в принципе - непонятно. Не только из-за языкового барьера, но из-за разницы понятий, ценностей и общего уровня интеллекта. Человека, который, вполне вероятно, не умеет писать и читать. О чем с ним говорить, о любви - с утра до ночи, всю жизнь?
Возможно, именно поэтому любовь как таковая не прописана. Страсть к красивой тушке (красивая в свете описанных выше гигиенических недостатков - понятие относительное) - это еще можно понять и простить. У всех бывает. Но, как правило, люди старше 20 лет голову не теряют. И откуда из секса выросло "люблюнимагу" - я так и не поняла, если честно. И не верю ни на грош.
Ох уж эта гей-проза. Был бы прекрасный приключенческий роман. Но внезапное "люблюнимагу" все испортило; совершенно фанфиковый ход, "на 6 курсе Гарри внезапно осознал", и психологически недостоверно, и с точки зрения художественной ценности - роспись в бессилии.

Рассказы зато очень понравились. Особенно "Времена меняются" - просто браво и низкий поклон. Обязательно к прочтению всем авторам фантастики подобного рода и уровня. И "Сага о Фантасте" тоже - грустно, что так верно, ага.

@темы: некрасова

17:01 

Гейнц Гудериан "Воспоминания немецкого генерала"

Шпенглер & Инститорис
Для справки: Гудериан - знаменитый немецкий генерал 1 и, в особенности, 2 мировой, создатель немецких танковых войск, под конец карьеры - глава немецкого Генштаба. Киевский котел и наступление под Москвой - его заслуги (Бабий Яр, как не забывают добавить "доброжелатели" - тоже; я не высчитывала даты и географию, сказать мне нечего...) И при этом - *свидетель* на Нюрнбергском процессе.

При всей моей нелюбви к мемуарной литературе и привязанности к художественным изыскам, которых в книге просто нет, - было не оторваться. Собственно, основное содержание книги - это подробно, по датам и дивизиям расписанная история 2 мировой - начиная с аншлюса Австрии и до отставки Гудериана в марте 45. Огромное количество фактажа: такого-то числа наступали такие-то войска в таких-то районах. Военным историкам и реконструкторам, думаю, должно быть особенно интересно. Я, на беду свою, довольно плохо знаю географию, поэтому проследить в основном не могла.
При этом Гудериан честно описывает только те кампании, в которых он принимал личное участие. И, что удивительно, я обнаружила, что знаменитый на всю вторую мировую генерал, широко известный в русских войсках тоже, именно воевал-то всего ничего. Он начал наступление в июне 41, во главе 2 танковой группы (потом - армии), а в декабре уже переведен в резерв и больше в боевых операциях фактически не участвовал. Правда, эти полгода наступление было блестящим, и, видимо, поэтому Гудериан так запал в память.
Отставка генерала-триумфатора в самом конце наступления, когда один последний рывок - и вот она, Москва, - кажется теперь невероятно странным. Но, судя по тексту, в немецкой армии все так и происходило - ополоумевший Гитлер, которому с каждым годом становилось все хуже, снимал совершенно невиновных военных одного за другим. Те, кого вежливо или не очень не попросили в свое время в отставку, периодически кончали жизнь самоубийством - как обычно объясняет Гудериан, не выдержав несоответствия между реальной обстановкой, собственным чувством чести и здравого смысла и невыполнимыми требованиями командования.
Из опалы Гудериан возвращается только в марте 43, после разгрома под Сталинградом - сразу генерал-инспектором бронетанковых войск, с довольно широкими полномочиями. В 44 он уже глава Генштаба. А в марте 45 (!) Гитлер отправляет его добровольно-принудительно поправлять здоровье. В марте 45, когда русские войска уже на территории Германии, а Гудериан остался чуть ли не единственным выжившим из верхновного командования, кто вообще может что-то сделать.
Гудериан пишет, что постоянно пытался оспаривать дебильные приказы своего начальства, более того, спорить с самим Гитлером. То, что он часто не выполнял прямые приказы, а действовал так, как было нужно и правильно, в любом случае - исторический факт, не зря прозвали "капризным Гейнцем". Говорит, что спорил с Гитлером до последнего, и уже в 44 пытался подвести кого-нибудь из верхмата к идее заключения сепаратного мира с союзниками. А в марте 45 он выдыхает и опускает руки, чуть ли не со словами "я сделал все, что смог". Пожалуй, действительно все.

Книга очень-очень отстраненная. В ней крайне мало каких-то личных эмоций и субьективных оценок, как людей, так и ситуаций. В ней совершенно нет негатива - ни в чью сторону. Пожалуй, единственное, что Гудериан прямо и искренне ненавидит - это азиатская зараза, коммунизм. И борется он именно с ней, и от нее пытается в том числе спасти Европу. Мне как-то сложно его за это осуждать; коммунизм и нацизм лично мне противны практически одинаково.
Удивительно вежливый и тактичный текст. Воспоминания писались уже после процесса, когда Гудериана полностью оправдали. Казалось бы, можно было бы попытаться снять с себя хоть часть вины (перед судом истории уже) путем перекладывания ее на покойных товарищей - но ничуть. Ни одной отрицательной оценки, ни одного прямого обвинения. Практически обо всех военных - в том числе и высших чинах, кабинетных крысах, которые изо всех сил мешали ему работать - с уважением и пониманием. Храбрые солдаты, патриоты, талантливые офицеры - наиболее частые определения. О верхмате значительно хуже, но очень точно (в конце книги есть короткие, но очень яркие зарисовки основной верхушки). Даже о Гитлере - с оттенком сожаления, потому что "это был просто больной человек".

Гудериан как полководец вызывает безоговорочное восхищение. Не потому, что он давно стал классиком и его методику изучаю в военных школах - я ничего не понимаю в этом, увы. Но это видно в мелочах, в описании того, чем именно он занимается. Генерал армии, который постоянно объезжает расположение всех своих частей - "чтобы составить личное впечатление". Который периодически идет рядом с солдатами, который все время на передовой, и раз за разом упоминается, что он то сам водит танк, то сам из него стреляет. Белый командирский танк, ага - а не уютная ставка далеко за линией фронта. И потрясающая работоспособность, и трудолюбие, и забота о своих солдатах, между прочим. Все вместе создает впечатление потрясающего профессионализма. Который, конечно, нашей несчастной родине принес много зла, но абстрактно вызывает именно восхищение.
Гудериан как человек вызывает уважение и даже симпатию. Уважение своим поведением и во время, и после войны. Разумеется, в той степени, в которой можно верить его мемуарам и другим известным мне источникам - он везде вел себя достаточно достойно. Да, чуть ли не первый полководец в немецкой армии по числу пленных - но Киевский котел - это не только гениальность Гудериана, но и дурость русских.
После войны, кстати, уже во время процесса, Гудериан был чуть ли не единственным из военной верхушки, кто не стал яростно открещиваться от старых взглядов и действий и ссылаться на то, что "был под заклятием Империо" или просто выполнял приказы. А все так же утверждал, что коммунистическую заразу надо истребить, пока не поздно. И на мой взгляд, это куда честнее и порядочнее, чем "признание ошибок" - лишь бы скостили срок. Никого не пытается поливать грязью и говорит, что с гордостью носил свою форму все эти годы - несмотря на. Сделки с собственной совестью и знал-не знал - вопрос, конечно, очень тонкий. Но подобная стойкость побежденного генерала, которого к поражению привели, в общем, не его личные ошибки, достойна уважения.

@темы: WWII

13:35 

Юстейн Гордер "Мир Софии"

Шпенглер & Инститорис
Если вкратце, то - история философии для среднего школьного возраста. Мой уровень лет 13-14. Честное слово, все именно так, как я сказала.
Чудеснейшая история про норвежскую школьницу, которой начинают приходить письма от таинственного философа. Лекции по основным философам, от Фалеса Милетского до, кажется, Хайдеггера. Весьма неплохие, между прочим, во всяком случае, что-то базовое вынести можно. Не забыт практически никто, за исключением, кажется, Шопенгауэра, за которого обидно.
Одновременно с этими лекциями - за которые героиня в силу таинственности их происхождения хватается двумя руками - развивается история самой девочки. Не то чтобы очень экшн, но зато весьма оригинальная.
В целом у книги два сюжета - философский, который все знают, и свой, внутренний, который тоже очень неплох. Не скажу, что автору честно удалось слить их воедино и сплести в итоге - но это даже хорошо. Потому что часть, которая про философию, написана совершенно честно, в лучшем академическом стиле. Без малейших перегибов и привираний. Да, не очень глубоко и более чем доступно. Но я же говорю - для среднего школьного возраста. Я лично не открыла для себя практически ничего нового ни об одном из упомянутых философов - но в определенном возрасте книжка была бы очень полезной и интересной. Более того, если бы наш "профессор" в универе читал нам философию хотя бы на таком же уровне, а не трындел бессмысленно про "диалектический материализм" - это было бы уже очень хорошо.

В целом - двумя руками рекомендую книжку всем лицам среднего школьного возраста, а также тем, у кого имеются такие дети)) Легко, познавательно и ничуть не занудно.

@темы: гордер

22:27 

Людмила Улицкая "Цю-юрихъ"

Шпенглер & Инститорис
"Медею" я читала очень-очень давно, кажется, первым из Улицкой вообще. Осталось острое ощущение чего-то светлого, пряного, солнечного, возми-на-память-из-моих-ладоней-немного-солнца-и-немного-меда. Вкус и цвет. Перечитывать не стала.
Рассказы "Межвременья", как всегда, прекрасны))
Что больше всего меня поражает в Улицкой - по здравому размышлению - то, что она пишет простые истории про любовь и жизнь. Простые просто до боли, потому что историй таких сотни. И все сюжеты эти - про семьи, про счастливую и несчастливую любовь, про нищету - уже давным-давно затасканы. Всеми, от Донцовой до Достоевского и особенно Маркеса.
Только очень немногим удается найти в этой простоте совсем другие, невидимые простому глазу отголоски. Удается создать из беспорядочных дурацкий событий, которые обычно и составляют жизнь, нечто цельное и ценное.

Пожалуй, я всегда любила Улицкую больше за изумительный язык - ценитель, ага, Набоков и Павич)) Но это как раз тот случай, когда ценность истории как таковой состоит именно в ее изложении, в манере изложения даже. Вот - обычная семейка, в меру несчастная, в меру счастливая, со своими скелетами в шкафу. И только в изложении Улицкое появляется *волшебство*. Знаете, как кружащиеся пылинки начинают сверкать и танцевать в случайном луче света? Взгляд автора - как раз такой луч, с одной стороны безошибочно обнажающий все темные стороны, а с другой - немного меняющий акценты. Самую капельку, из-за чего обыденное становится чуточку волшебным, и до боли хочется жить, жить, и все испытать, и смотреть вокруг себя и видеть это, видеть и чувствовать - пусть не себя, но хоть других - этим рентгентовским авторским взглядом.

Из меня получился бы неплохой критик (в положительном смысле слова) Улицкой, наверное)) Очень я ее люблю, знаете.

@темы: улицкая

17:14 

Роберт ван Гулик "Убийство в Кантоне"

Шпенглер & Инститорис
Ничего тут особенного не скажешь, ван Гулик - он и в Африке ван Гулик. Да, поначалу ужасно теряешься во всех этих бесчисленных деталях китайского быта, и имен не различаешь совершенно. Во всяком случае, я первые страниц тридцать мучаюсь практически всегда. Но потом детективный сюжет настолько захватывает, что волей-неволей начинаешь разбираться в хитросплетениях.

"Убийство" - история про судью Ди из последних. В этот раз судья отправляется в Кантон на поиски пропавшего высокопоставленного чиновника и, как всегда, находит много чего не ждал. Как всегда, интересная и необычная. С традиционным шерлок-холмсковским разоблачением злодеев под конец. В общем, в лучших традициях.

Не то чтобы я очень любила детективный жанр как таковой - скорее нет. И в этом роде мне уж гораздо ближе глумливый остроумный ван Зайчик, у которого "мира" гораздо больше, чем "войны". Но ван Гулик тоже весьма неплох, и на моем "одре болезни" шел только так)

@темы: ван гулик

21:26 

Поппи Брайт "Потерянные души"

Шпенглер & Инститорис
Ужасно смешная книга для маленьких девочек и мальчиков эмо. В ней можно найти буквально все, что душе угодно: тут вам и вселенское одиночество, взявшееся, разумеется, из нормальной гормональной перестройки подрасткового организма. Тут и алкоголь, потребляемый в количествах, которые, видимо, должны вызывать у читателя ужас и уважение (что характерно, герои все время упиваются не чем-нибудь - пивом! говорю же, книга для маленьких. помнится, мы в 14 лет пили "коктейли" производства Иркутскпищепрома, которыми можно чайники чистить и трупы растворять. э-эх, молодо-зелено).
Секс (разумеется, извращенный) тоже присутствует в необходимом количестве. В частности, мы можем наблюдать, как: взрослые дяди совращают мальчиков, мальчики совращают мальчиков, ну и фу-гет на закуску, который, впрочем, ничем хорошим не заканчивается.
Наркотики, как без них. Дети, употребляющие наркотики в 14 лет, которые почему-то таинственным образом не снаркоманиваются, не теряют человеческое обличье и не умирают вполне естественной смертью в 20. Тяжелые наркотики, которые вроде бы не оставляют никаких последствий - ага-ага, видели мы, как сгорела за три года соседская девочка-ровесница, как уже через год в 15 выглядела на 40 и *что* у нее было на лице, когда, стесняясь, приходила занимать тридцатку.
Ах, да, ну и вампиры, разумеется, как без них. Разумеется, аццки прекрасны, извращенны и все такое, классический набор для кавая. Юный одинокий эмо-мальчик, главный герой, внезапно обнаруживший, что он - ну надо же - тоже вампир. Это надо ухитриться - сбежать из дома приемных родителей, и не банально сдохнуть на дороге от голода или попасть добровольно-принудительно в детский приют, а вот так извернуться. Учитывая, как размножаются вампиры (что женщина при родах неприменно погибает) - давно уже должны были вымереть. Потому что нормальные "чистые" вампирши, зная это, рожать, разумеется, не согласятся, а от постоянного скрещивания с людьми гены, сколь угодно доминантные, рано или поздно угаснут.

Я старая занудная тетка. Меня не прет совершенно, по большей части мне было скучновато, местами - смешно, очень часто - раздражала общая пафосность. Автор может сколь угодно описывать возвышенные души и страдания героев, но как только она упоминает, что из-за этих страданий у них вот уже неделю не было времени вымыться - становится противно. Такое впечатление, что герои, как люди, так и вампиры, только и делают, что пьют, принимают наркотики и трахаются. Возможно, это идеальная модель жизни для маленьких эмо - детишек, котоыре забывают, что бывает еще простуда, расстройство желудка, аллергия на коже, отсутствие работы, денег и жилья и вообще, мля, *взрослая жизнь*. Хочется взять парочку таких типичных героев из толпы, выкинуть одних в чужой город и сказать: валяйте, живите. Я злая, да?

В общем - скорее не понравилось. Не то чтобы даже разочаровало - я с первых строк ничего хорошего не ожидала. Сразу бросается в глаза особо выдающийся русский перевод: столетний американский вампир выражается фразочками типа "а ебись оно конем" (ржалъ пацталом просто). Но как-то не вставило вот совершенно. Ах, какие есть потрясающие истории о вампирах - "Девица Кристина" Элиаде, например - но почему же народ читает и хавает этот дешевский треш? Да, знаю, что культовая книга, увы такому культу. Объективно - Брайт попыталась уместить в одном тексте все "символы эпохи", все сразу, и в результате - чушь и ералаш. Особенно смешит и раздражает одновременно, что герои, употребляющие пиво на завтрак, обед и ужин и не моющиеся, как я сказала, никогда, *любят и страдают!* Бомжи в подвале тоже любят и страдают, наверное, но как-то мне не хочется задумываться об их судьбе. И ни один - ни один из героев Брайт не вызывает сочувствия, все они какие-то пропащие недотыкомки, которые по собственной дурости не доживут до тридцати. Хотя миру без них явно будет даже лучше, по описаниям)) Я в конце искренне надеялась, что они просто друг друга поубивают, и все - увы, жаль))

@темы: брайт

23:33 

Joanne K.Rowling "Harry Potter and Deathly Hallows"

Шпенглер & Инститорис
Я наконец - со многими страданиями - домучила книгу. Впечатление странное, двоякое, но в целом, похоже, отрицательное. Эмоционально, стилистически, сюжетно - это лоскутное одеяло. Есть совершенно блестящие главы и отрывки, которые пробирают до слез: вся глава, как Гарри идет умирать, смерть Снейпа. Пожалуй, это - вершина писательского мастерства Ро, потому что в обоих упомянутых случаях меняется даже язык, стиль - причем неодинаково. И вместе с тем есть совершенно пустые страницы, больше напоминающий сюжетный план - событий, которые в действительности не столько описаны, сколько перечислены: воспоминания Снейпа, эпилог.
Есть просто очень ярко описанные моменты; так же история с Батильдой - Кинг просто нервно курит в сторонке. А есть совершенно бездумные и бездушные (так, например, умирают Ремус и Тонкс).

Сюжет, видимо, должен был идти по нарастающей, ко все большему накалу страстей. Но довольно активным событиям в начале (побег из дома Дурслей) противостоит провисшая середина, заполненная тоскливым блужданием по английским просторам. Кто-то правильно сказал: это очень напоминает толкиновский квест, только напоминает плохо, потому что герои в действительности не движутся никуда, у них нет никакой конкретной цели. Скитания, видимо, должны были лишний раз указать на ту неопределенность, что творилась у них в головах и планах - но это дурной способ, ей-богу. Всю середину книги хочется безжалостно порезать, потому что это дикая скучища, увы и ах.
К последней трети события опять набирают оборот, нарастают неожиданно, как снежный ком. Измученный читатель радуется, даже когда кто-то умирает, потому что наконец произошло хоть что-то! Причем нечто, относящееся непосредственно к основному сюжету, а не приключения any children в осеннем лесу. И Ро почти удалось завершить книгу на достигнутой высокой ноте, удержаться на ней - потому что к последней главе напряжение уже очень велико, и трудно не сфальшивить.
Но увы, эпилог портит все окончательно и безнадежно. Про эпилог уже много сказано, и думаю, единственное, что в коей-то мере объясняет автора - что он был написан изначально, а потом книга (я имею в виду все 7 томов) из этого эпилога просто выросла, но ей не захотелось ничего менять. Эпилог ужасен, дикси.

Неровность, как я сказала - общее впечатление. Неровность во всем. Например, меня очень смутили некоторые, гм, чисто моральные и психологические аспекты. Момент, когда Рон уходит от Гарри с Гермионой, а потом возвращается с повинной, по-моему, просто великолепен. Насколько достоверно и болезненно это прописано, насколько достоверен сам поступок - хотя он и не играет, в общем, большой роли для сюжета. Зато - великолепно оживляет текст, показывая, что герои живые люди, а не идеальные картонные куклы.
И насколько морально сомнительны некоторые другие моменты. Плач по Добби, растянувшийся на полторы главы. И тут же - мертвые Рем и Тонкс, упомянутые буквально походя. Как меня покоробило сравнение Добби с Дамблдором! Возможно, Ро великий гринписовец, конечно, но я все равно не могу отделаться от ощущения, что это как-то глупо и неправильно, и ничто в тексте не свидетельствует о необходимости такой вселенской печали. Да, если у меня умрет собака, я буду горевать, но совсем не так, как если умрет близкий человек или друг. Неужели Ро действительно не видит разницы между этими двумя героями?

Дамблдор - еще одна, совершенно отдельная, противоречивая и неровная тема. С самого начала на него упорно льют грязь, и бедный Гарри уже не знает, то ли верить, то ли идти дальше. Потом - этот разговор "на том свете" с разоблачениями, и в результате - Альбус Северус. Кто-нибудь вообще понимает, что Гарри может испытывать к Дамблдору после всей этой истории - в совокупности? Потому что я со своими читательскими ощущениями - зная про биографию самого Дамблдора, его отношения со Снейпом и с Гарри - определиться не могу.
Еще одна столь же неровная и неоднозначная судьба персонажа - Снейп. Ро что, действительно думала, что пресловутого Альбуса Северуса и совершенно сопливой и невероятной 33 главы может быть достаточно? Я даже не говорю про то, чтобы полностью удовлетворить читательское любопытство относительно его мотивов. Но хотя бы в общем определиться со стороной. Это откровенно странно: нарисовать столь сложного персонажа - и попытаться избавиться от него одним ударом дамоклова меча. Надо отдать Снейпу должное, пока он был жив, он сопротивлялся злобной авторской воле достойно, и глава 32 тому пример))) И только после смерти она надругалась над ним, как могла.

Еще к нерешенным вопросам - и неровностям книги - политический момент. Описания того, что творилось в министерстве и в обществе вообще, когда Волдеморт потихоньку набирал силу - необычнайно яркие, красочные и достоверные. Это настолько похоже на жизнь, что ужасает, потому что именно так и было - при всех тиранических режимах. И комиссии, и огромное количество людей, боящихся не так вздохнуть. Но вот победа - и об этом ни слова. DE сбежали, что, думаете, на этом закончилось? После того, как тщательно Ро описала всю систему, проникаешься мыслью, что все очень и очень непросто, что это зараза, которую не вытравишь одним махом. И дело вовсе не в темных магах, а в коллаборационистах, бесчисленных долорес амбридж местного разлива (а она никуда не делась). В битве за Хогвартс участвовало едва ли несколько сотен магов, а к тому времени все магическое сообщество было уже так или иначе пронизано духом террора, начало делиться на тех, кто, и тех, кого. И победа этих нескольких сотен для рядовых магов ничего не решила и не изменила, и изменять - вовсе не так просто.
В общем, складывается впечатление, что эту линию Ро просто недотянула. Ну, или не захотела, что в принципе одно и то же.

Отдельная чушь - сами Дары смерти. Что это - попытка изобразить магию в магии? Но книжка и так должна быть про волшебников, и тут тоже есть противоречие! Первые три-четыре книги тенденция прослеживалась абсолютно четко: вот есть реальный мир и есть магия, которая лежит за границами логики. Философский камень, василиск, турнир волшебников - все это совершенно не входит в обычное магическое бытие, если можно так выразиться. В финале книги обязательно задействованы какие-то высшие силы, которые оказывают на события существенное влияние, так что герой в итоге получает необходимый перевес. Другими словами, происходит нечто, экстраординарное и для магического мира тоже, магия в магии.
Но где-то с четвертой книги наблюдается коренное изменение позиции. В 5 и 6 это уже однозначно: магический мир столь же реален, и живет по своим законам. Любимые люди иногда умирают. Все иногда получается не так, как задумано, какие бы усилия герой ни предпринимал. Кумиры иногда оказываются ненавистными учителями, а мудрые наставники скрывают страшную правду. Происходит полный поворот: от магии к реальности. И, оставаясь в рамках магического мира, герой начинает жить и действовать по более приземленным законам. Полагаясь только на себя, в общем. В принципе, такой подход можно оправдать: герой вырастает, понимает всю жестокость этого мира и все такое.
Но в 7 книге тенденция опять нарушается: с одной стороны, мы видим реальность в самой его неприглядной форме. Герои, скитающиеся всю зиму по лесу с палаткой и мерзнущие под звездами - куда уж реалистичнее, просто мордой в быт! А с другой - эти самые Дары смерти, сверх-артефакты, невероятные даже для магического мира. Дары смерти, имеющие сюжетообразующее влияние. И я не могу понять, зачем это нагромождение артефактов и "великих магий", halllows versus horcruxes пошло напоминает мне "хищник против чужого".
Вся мораль книги должна была состоять в том, что герой вырастает. Что он должен совершить переход - от артефактов и помощи сторонних сил к тому, чтобы найти эти силы в себе. Чтобы победить Волдеморта действительно самостоятельно. И эти магические костыли во многом снижают эффект от победы, придают ей характер случайности. Я твердо уверена, что можно было бы без них обойтись, можно было бы сохранить "курс на взросление" - раз уж на то пошло. Дары смерти, разрывают привычную магическую реальность, и как после таких закидонов вообще верить автору? После всех этих псевдо-логических рассуждений, палочка перешла тому, потом перешла сему, после традиционных объяснений Дамблдора в шерлок-холмсовском духе (ну конечно, без них нельзя обойтись, даже если герой уже давно мертв, а все, что он сказал, либо понятно и так, либо невероятно и в его устах).

Я боюсь, моим рассуждениям и жалобам не будет конца. Да, такие серии невероятно трудно заканчивать, и я не вспомню *ни одного* удачного примера (Толкин не в счет, потому что ВК все-таки имеет единый связный сюжет, от и до). И Ро тоже не удалось закончить ловко и изящно, бесчисленные нити сюжетных линий не были сплетены в красивое полотно, а грубо смешались в запутанный клубок, из которого тут и там торчат хвосты. Дело даже не в том, что книга закончилась не так, как я хотела бы, или что в ней умер тот, кого я хотела бы видеть живым. Но если разбирать текст по отдельным аспектам - сюжет, стилистика, психологическая достоверность, соединение всех сюжетных линий, архитектоника, эмоциональная напряженость и ее динамика - можно практически везде говорить о провале. Думаю, это было практически неизбежно, хоть в отдельных частностях и чувствуется "дыхание гения". Но все равно обидно.

@темы: роулинг

10:54 

Александр Грин "Алые паруса. Блистающий мир. Рассказы 1914 - 1916"

Шпенглер & Инститорис
Алые паруса сюжетно произвели совершенно ожидаемое впечатление, то есть практически никакого. Да, я, позорище, в детстве не читала, но к своим годам каким-то образом, в силу того, что "витает в воздухе", вполне успела ознакомиться с сюжетом. Это плоский и глупый сюжет детской сказки для самых маленьких. Я не хочу сказать *плохой* - никакой просто, не того уровня, которого в принципе ждешь от авторского произведения.
Поразило другое - язык и стиль. Я вообще раньше не читала Грина, я была в шоке. Поначалу мне было даже довольно тяжело, пока привыкала, пока вчитывалась. Потом начала ловить кайф. Русский язык Грина - это нечто совершенно невероятное, господа. Длинные, запутанные предложения, невероятные тропы. Просто невероятные, ни одного штампа, ни одного "устойчивого выражения".
Кажется, я понимаю, в чем суть: Грин типичный нон-конформист в языке. Положим, надо описать какое-то явление или чувство, уже сто раз описанное до этого. Есть несколько избитых, но вполне приличных выражений, знаете, "так говорят". Грина за употреблением подобной жвачки языка я не поймала ни разу. Потому что он исходит не из текста, а из описываемого предмета, и подбирает совершенно неожиданные, неслыханные выражения и определения. Но всегда - просто невероятно точные. Дома доберусь до книги и покажу, что я имею в виду. Тропы, которые вне контекста казались бы плохим употреблением, именно в данной фразе, в данной ситуации раскрывают то, что хотел донести автор, гораздо лучше, чем сотня избитых фраз. Я в полнейшем восхищении!
Только представьте, какой это невероятный труд, трудолюбие и тщательность нужны для этого! Насколько проще покориться всему читательскому опыту и использовать те же привычные слова, выражения, сравнения. Насколько тяжелее уйти от этой манеры думать по шаблону и взглянуть на описываемый предмет совершенно новым взглядом.
Я знаю, как это описать: Грин пишет, как человек, который при огромном словарном запасе ничего не читал. Он не повторяется. Он выбирает именно те слова, которые подходят к ситуации, а не те, которые принято употреблять. И в выборе своих тропов он настолько предельно конкретен, что сравнение, удачное в одой строчке, будет глупым и невероятным в другой.

Блистающий мир поразил еще больше. Это невероятный роман, просто невероятный, и страницы с 50 его до конца я ходила - как летала, и ждала, что будет, и не хотела читать дальше, чтобы не заканчивался.
Грина очень ругали за отсутствие сюжета, за несвязность повествования. И это притом, что текст оставляет после себя совершенно волшебное послевкусие, какое бывает утром в день рождения или в канун Нового года. Не чудо, но обещание чуда. Предвушение.
И, кажется, не нашлось сообразительного и талантливого критика, который мог бы растолковать, в чем же дело. Откуда взялось это странное ощущение от столь несвязного текста, который не ведет ни к чему и заканчивается ничем.
Я скажу: от безупречного единства формы и содержания. Даже не так: идея романа, то, как она развивается и какой в итоге оказывается, безупречно гармонирует с оборванным, не реализованным сюжетом.
Блистающий мир на мгновение возникает - и тут же тает. В воздухе остается только легкая дымка, которая напоминает о нем, и тревожит, и не дает покоя. Кому-то это в радость, а кто-то не может смириться с существованием чего-то недоступного, вне нашего контроля и досягаемости.
Этот роман по определению не мог иметь завершенного сюжета (в смысле, развиваться по нарастающей и честно закончиться чем-то великим), потому что это было бы предательством автора по отношению к самому себе. Да, безусловно, в этом случае он был бы, наверное, более читаем и продаваем, но цель-то не в этом! Помните первую встречу Друда и Руны Бэгуэм, монолог Руны, что вот человек, который мог бы стать великим, привлечь к себе массы, повлиять на огромное количество людей.
Друд говорит: "Нет".
И это нет - цель и смысл всего текста. Автор говорит: нет. Нет, я не буду рисовать супермена, нет, я не буду рисовать страдающего героя, нет, я не буду рисовать любовный роман. Таинственный летающий незнакомец им и остается до конца, не предавая ни себя, ни автора.
Грином стоит восхититься уже за безупречный вкус, за величайшее чувство меры. Автор, удержавшийся нарисовать героя, который мог бы стать символом поколения. Вот пример величайшего авторского самоконтроля и самоограничения. Потому, что с действительно героическим героем очень сложно не уйти в пафос, в банальщину, в занудство, наконец. Раскрытые тайны перестают интриговать.
И, более того, просто не хочется. Грин добился своего, претворив в жизнь гораздо более изящную идею. Реальность и блистающий мир только соприкоснулись, но так и не соединились. Текст оставляет удивительное волшебное ощущение - знаете, как говорят, будто ангел пролетел. Его никто не видел и не слышал, но краешком души можно почувствовать. И это стоит многих героических эпосов, да.

Рассказы скорее заинтересовали, чем понравились. Не скажу, что я фанат подобной разбросанности в сюжете, подобного вольного обращения с персонажами и логикой, когда автор дает волю фантазии и не следит за руками. Но я утверждаю, что Грин - не менее оригинальный и интересный рассказчик, чем, скажем, Борхес, Павич и Даль. Дело не в том, что он похож на них - вовсе нет. Но у него есть собственный стиль, столь же четкий и завлекательный.
И да, есть в нем еще этакая гоголевская чертовщинка, милое безумие, обращающее самый мрачный сюжет в забавный казус. Видимо, чувство юмора - как раз то, чего не хватает Далю.

@темы: грин

10:54 

Харуки Мураками "Dance, dance, dance"

Шпенглер & Инститорис
Книга в своем роде замечательная - она является остроумной насмешкой сама над собой. Объяснюсь: это стандартный занудный роман Хураками, в котором 1 % времени происходят всякие таинственный вещи (то герой попадает в комнату со скелетами, то у него просто от скуки начинаются приходы), а 99 % - описывается занудная будничная жизнь. В деталях: вот лирический герой варит себе пельмени, вот едет по городу. Ну, ладно, может быть, это срабатывает моя нелюбовь к быту как таковому - меня не прет от варки пельменей совершенно. То есть, конечно, пельмени - это хорошо и замечательно, говорю как старый холостяк, но они недостойны того, чтобы описывать их в типа-художественной литературе явно.
Так вот, насчет насмешки. В какой-то момент герой делает для себя великое открытие морального толка: что вся современная культура потребления есть "перевод на дерьмо". С этим в принципе сложно поспорить (хотя я могу привести довольно много доводов в пользу того, чем Субару лучше Жигулей. Другое дело, что герой сравнивает Субару и Мазерати, но это, как говорится, они "слишком много кушать").

Данная книга - это чистейший перевод на дерьмо вашего времени и наших прекрасных лесов.
Она не дает совершенно ничего ни уму, ни сердцу. Она скучна и затянута. Я всегда читаю *честно*, от корки до корки. Но особенности Хураками в том, что читая его, можно без малейшего ущерба для понимания и художественной ценности пропустить слово, абзац, пару страниц - восприятие не пострадает. В моем представлении это признак чистейшей графомании - когда автор пишет не для того, чтобы что-то сказать или выразить, а просто чтобы заполнить определенное количество страниц.
И еще - очень остро *в сравнении* чувствуется невесомость текста. Русский язык Грина буквально физически ощутим, его хочется читать вслух, проглатывая слово за словом. Текст *плотный*. Текст Хураками будто состоит сплошь из дырок: читаешь слова - и не замечаешь их. После прочтения абзаца остается воспоминание о том, что там говорится, но ни малейших мыслей о том, какие слова употреблены. И это не недостаток перевода - просто автор не дает себе ни малейшего труда поработать над языком. Речь - практически разговорная, неощутимая, незапоминающаяся.

Сюжет, как всегда, много обещает и ничего не дает. Закрученная интрига не разрешается ничем, большая часть сюжетных линий повисает в воздухе. Особого катарсиса у героя я тоже не ощутила (кроме того, что он наконец трахнул понравившуюся девицу. баальшое достижение). Это наша жизнь, скажете вы, в ней тоже нет никакого смысла и сюжета, странные вещи не находят объяснения, знакомства теряется. Да, жизнь, но я-то читаю художественную литературу.

Хураками - бытийный писатель. Но, в отличие от той же Улицкой, он не умеет создавать *волшебство* из обычной жизни. Не умеет сделать ее интереснее и придать очарование. Его тексты - как серое небо за окном, когда некуда идти, ты сидишь в четырех стенах и тупо пытаешься что-то придумать. Ни влюбленностей, ни увлечений, ни усталости, ни удовлетворения от работы, ни дружбы, ни ссор. Знаете, мой реал *гораздо* интереснее, чем его книги :tease4:

@темы: хураками

09:51 

"Таможенные процедуры и логистика: правовая поддержка"

Шпенглер & Инститорис
Книжка из библиотеки компании "Пепеляев, Гольцблат и партнеры". По сути, это сборник статей юристов местной таможенной практики.
Двумя лапами рекомендую тем, кому приходится в работе сталкиваться с таможней, импортом-экспортом и т.д. Теоретикам будет совершенно неинтересно, потому что ничего теоретического там нет. Рассматриваются очень узкие и конкретные вопросы сугубо практического характера. Причем именно те случаи, которые встречаются чаще всего в современной практике. Особый упор сделан на иностранные инвестиции.
В целом - действительно очень интересно и полезно, хотя местами без поллитры не разобраться. Меня, например, как корпоративщика, особо заинтересовал механизм ввоза имущества в качестве вклада иностранного лица в уставный капитал российской компании. Очень интересно про международный лизинг с точки зрения таможенного права. Интересно, но довольно спорно - про зачет встречных требований во внешнеторговых операциях (ох, такая скользкая тема - страшно ошибиться, я предпочитаю перестраховываться).
Например, у меня было на практике административное дело в Балтийской таможне по недекларированию товаров грузоотправителем. А тут - пожалуйста, статья о возможностях декларирования грузополучателем.
В общем, именно такие сугубо практические и конкретные вопросы, с огромным количеством ссылок на нормативные акты и совершенно без воды. Можно использовать в качестве практического пособия.

@темы: право

13:58 

Курт Рисс "Кровавый романтик нацизма: Доктор Геббельс"

Шпенглер & Инститорис
Прочтение этой книжки - результат очень глупой и обидной ошибки. Нет, я хотела ее прочитать и специально заказывала с Озона. Но именно в тот момент хотелось чего-нибудь легкого и позитивного (специально взяла у подруги ван Зайчика). И в 7 утра, собираясь на работу не приходя в сознание, протянула руку и хапнула с полки не ту книгу - обложки похожи. Обнаружила, только открыв ее в метро.

Самый позитивный факт в биографии Геббельса - то, что Геббельс умер. Но посколько это, натурально, биография, до этой радостной вести придется читать 500 страниц про то, как он жил. Это неприятно и немного страшно, господа.
Геббельс был, безусловно, очень умен и очень талантлив. Очень трудолюбив и, по сути, бессеребренник (во всяком случае, в отличие от большинства своих коллег, занимавших столь же высокие позиции в нацистской верхушке). Можно даже сказать, что на общем фоне он производил бы благоприятное впечатление, но...
У этого человека не было совершенно ничего святого. В смысле, вообще. Автор не говорит об этом прямым текстом, но из банального описания событий можно сделать только такой вывод. Он всю жизнь играл, как в театре, стремился казаться, а не быть, *произвести впечатление*. Ни к чему не относится всерьез. Именно поэтому слова, произносимые им со сцены, давали такой ошеломляющий эффект - это были прекрасно отрепетированные театральные монологи. Именно поэтому он больше придумывал факты, чем создавал их.
Забавный, но реальный факт: постоянно фабриующиеся новости, в частности, известные радиопередачи Геббельса про партизанские отряды детей, вервольф. Они не столько были призваны исказить реальность, а создать ее.

Именно этим мир Геббельса и отличается от мира всех остальных пиарщиков и пропагандистов. Ему с его министерством, название котрого противоречит самому себе (в смысле, "просвещения и пропаганды"), удалось создать их слов совершенно адекватную нацисткую реальность - под нужды правящих кругов. Воздействуя на население всеми возможными средствами, они вплотную подошли к идее Матрицы - не хватило только технических навыков :alles:
В процессе чтения я поражалась, насколько пропаганда Геббельса и в методах, и в результатах напоминала советскую пропаганду того же и позднего периода. Притом, что о каких-либо заимствованиях вряд ли может идти речь. Но методы тотального оболванивания, контроля за всем источниками информации, разжигания подозрений, создания "врага" и "героя" - все это прошли, увы, и мы.

Судя по авторскому тексту, законный приход нацистов к власти - в достаточно большой степени заслуга именно Геббельса. Потому что работать на партию он начал чуть ли не в 1920, и раз за разом наци получали больше и больше голосов на выборах. Именно Геббельс проводил компанию за компанией, лихо управляя общественным мнением и "ожиданиями потребителя". И провел в итоге совершенно колоссальную работу - сделал из завалящей партии отморозков первых лиц в стране, которым Президент добровольно передал полномочия. Да, использовал грубую силу, но буквально по мелочам. А в основном - жег глаголом, и именно поэтому так страшен. Произносил речи, приводящие толпы в такой же экстаз, как от Гитлера - но ему доверяли даже больше, потому что помимо напускных эмоций у него были рациональные аргументы.

Пожалуй, ни с кем из нацистской верхушки Гитлеру не повезло так, как с Геббельсом. Потому что он действительно оказался невероятно полезен и был рядом до самого конца. Конец, кстати, жуткий, и еще раз доказывающий, что у него нет ничего святого. Геббельс оставался с Гитлером до последнего, когда русские уже вошли в Берлин. В том же бункере, где тесной компанией - Гитлер, Геббельс, Борман и иже с ними - они решили дружно покончить жизнь самоубийством. В то самое время, когда большинство тех, кто были с Гитлером раньше, уже разбежались кто куда.
А потом Гитлер с Евой Браун действительно покончили с собой. Их трупы сожгли. И оказалось, что никто из оставшихся, в общем-то не собирается выполять свое решение свести счеты с жизнью, а наоборот, народ спешно собирает манатки и валит кто куда. Все до последнего были уверены, что Геббельс уедет тоже, Красная Армия уже дралась на улицах Берлина, было 2 мая. Но все же можно, можно было попробовать в суматохе прорваться, приходил глава немецкого Красного креста, предлагал забрать с собой детей, его бы пропустили.
Но Геббельс уже принял решение уйти со сцены *красиво*. Наиболее эффектно, дабы произвести впечатление на грядущие поколения тоже. Жизнь в бегах, безвестности и, возможно, тюрьма, как-то не тешили его самолюбие. Его шестеро детей, старшей дочке из которых было 12 лет, получили яд, а они с женой Магдой покончили жизнь самоубийством.
В принципе, все можно простить и понять - годы лжи народу, удары ниже пояса и плевки в адрес противников, откровенно грязные методы. Но, имхо, человек, способный ради "исторического эффекта" умертвить своих маленьких детей, - это страшно просто потому, что любые нарушения психики страшны до жути. Потому что речь идет о сбившихся биологических инстинктах, которые должны быть у каждого человека. Поэтому, а также потому, что его воздействие и принесенный им вред (в отличие от военных) нельзя описать и измерить - в данном случае неприменимы никакие общечеловеческие нормы.
Как бы, интересно, стали судить Геббельса на Нюрнбергском процессе? Неужто только за клевету? Притом, что это его рука двигала всю страшую махину нацистской истерии, разжигала ненависть к евреям, русским, полякам, англичанам, немцам, наконец. В итоге получается, что выбранный им выход был наиболее верным.

@темы: WWII

current book

главная